| Мгновения с Юлианом Семёновым. Часть 3 |
|
|
| Автор Борис Эскин | |
| 12.07.2010 г. | |
|
Страница 3 из 21
Но вернемся непосредственно к телесериалу «Семнадцать мгновений весны». – Сценаристу Семенову трудно было работать с режиссером Лиозновой? – С талантом всегда не просто. А Татьяна Михайловна – она, мало сказать, талантлива – она отмечена Богом!.. Творческий путь маленькой, хрупкой Тани Лиозновой начался в 1949 году, после окончания режиссерского факультета ВГИКа. Она могла стать актрисой – с ее утонченной, но… библейской красотой: Рахель, Эстер, Юдифь (между прочим, настоящее отчество Лиозновой – Моисеевна). Однако подалась в постановщики. Несколько лет работала ассистентом режиссера в картинах своего педагога Сергея Герасимова, участвовала в создании «Молодой гвардии». Первой самостоятельной работой стал фильм «Память сердца», вышедший в 1958 году. Потом была лента «Им покоряется небо». Но настоящую известность Лиозновой принесла картина «Три тополя на Плющихе» с Татьяной Дорониной и Олегом Ефремовым – трогательная, тонкая, лиричная картина с прекрасной музыкой Александры Пахмутовой. Потом была еще одна серьезная лента – «Евдокия». После «Семнадцати мгновений», почти одновременно, в 1981 году вышли в прокат два фильма Лиозновой, отмеченные критикой и зрителями: социально-производственная драма по известной пьесе Александра Гельмана «Мы, нижеподписавшиеся» с блистательным актерским ансамблем – Ирина Муравьева, Леонид Куравлев, Аристарх Ливанов, Клара Лучко, Юрий Яковлев, Олег Янковский; и музыкальный фильм «Карнавал», где впервые по-настоящему раскрылся талант Александра Абдулова. Музыку к «Карнавалу» написал сын Исаака Дунаевского – композитор Максим Дунаевский. История кинорежиссера, да еще такого непробивного, как Татьяна Михайловна, да еще женщины – это всегда история постоянного ожидания картины и постоянного простоя.
И она загорелась – инсценировать и немедля снимать! Позвонила Юлиану. – Мы встретились, – рассказывает Семенов. – Она держит в руках журнал и заявляет: «Буду снимать!» Я удивленно смотрю на нее и говорю: «Тань, да ты что, сбрендила? Я уже продал сценарий «Ленфильму» и деньги получил». И вдруг этот задиристый воробушек кричит: «А мне наплевать, что продал и что уже деньги пропил – но этот фильм буду снимать я! И – точка». Юлиан хохочет: – Напор был такой ошеломительный, что я потерял дар речи. Передо мной стояла не тонкая, нежная, создательница покорившей всех ленты «Три тополя на Плющихе», а тигрица, змея ядовитая! Итак, стало быть, я, как лягушка, пошел на удава... Продолжает Татьяна Михайловна: – Юлиан тогда совершил настоящий поступок. Поступок мужчины! Он послал телеграмму грозному Лапину, председателю Комитета по телевидению, в которой сообщил, что отзывает сценарий с «Ленфильма» и передает его мне. Причем деньги, полученные за сценарий, он уже выслал в Ленинград переводом… Съемки начались 11 августа 1971 года в Берлине. Продолжились по всей Германии, потом киногруппа перебралась в Прибалтику, Грузию… – Сколько продлилась работа? – Два года. Для 12 серий – по тем временам – это «рекордно быстрые сроки», как любят писать репортеры. Татьяна Михайловна – человек предельно собранный, волевой. Проделывает огромную «домашнюю работу» и на площадку выходит во всеоружии. Никаких лишних, женских эмоций – все четко, строго, по делу. В этом смысле она, пожалуй, голливудский тип режиссера. Как и в случае с нашим спектаклем «Провокация», сценарий, предназначенный для «Ленфильма», Лиознова перекромсала до неузнаваемости. – Ругались? – А что с ней ругаться? Все равно настоит на своем… Вы ж в «Провокации» вон столько сцен перевернули с ног на голову! Но нет, на пользу пошло… – Много потом меняла в сценарии? – Как раз не очень. Но порой… Есть даже целая сцена, которую сама придумала – у меня в книге она отсутствует: встреча Штирлица-Исаева с женой в кабачке «Элефант». – Одна из самых душещипательных сцен в картине! – Не спорю… – Но… Слишком уж нереальная. Серьезные разведчики говорят, что подобное просто не допустимо для нелегала. И никакое командование не пошло бы на это… Он, ухмыляясь, покачал головой. И мина сия могла означать одно из двух: или «Я тоже ей говорил», или «В конце концов мы снимали художественный, а не документальный фильм!» – А вообще-то, – мягко ушел от затронутой темы Юлиан, – Лиознова любит строго придерживаться сценария. Она, как это ни покажется странным после всего сказанного, – гениальный педант! Во всем, что касается обстановки, костюмов, портретного правдоподобия. Сутками просиживала в архиве кинодокументов…
|
| « Пред. | След. » |
|---|
Тредиаковский
| Авантитул |
| Контртитул |
| Поиск |
| Содержание |
| Новости альманаха |
Новые публикации
Старый альбом. К истории создания фильмаАлексей Шипулин
«Самое главное» – «На дне»
Александр Данилевский
Фильм: Старый альбом
Алексей Шипулин
Книга стихов
Олег Лекманов
Сценарий: Белый воронок
Алексей Шипулин
К истории создания документального фильма «Серый воронок. Кому ты нужен?»
Алексей Шипулин
Фильм: Серый воронок. Кому ты нужен?
Алексей Шипулин
Баратынский и старшие модернисты: попытка обобщения
Олег Лекманов
«12». К вечеру Блока и Гумилёва
Пётр Пильский
Духовенство в 1812 году
Александр Амфитеатров
Обсуждение
| Форум "Диалоги" |
| dialogos.trediakovsky.ru |
Приложения
| Библиотека |
| Электронная книга |
| Кроссворды |
Реклама
|
