Авантитул 
Лирический герой Рената Муха Лучистая и вечная девочка
Лирический герой Рената Муха Лучистая и вечная девочка
| Лучистая и вечная девочка |
|
|
| Автор Феликс Рахлин | ||||||||
| 25.01.2010 г. | ||||||||
Страница 3 из 6
 Конечно
же, и я помню, как читал ей и эти стихи, написанные им до ареста, и новые,
привозимые сестрой моей, Марленой, со свиданий с ним из лагеря…Мы гуляли с Реной
вдоль по улице, на которой она тогда жила, где стояла и стоит моя 131-я школа и
где жили его мать и усыновивший пасынка отчим, к которым Борис вернётся из
лагеря ещё через долгие два с половиной года, – но, конечно, не предвидели ,
что лет через 15 она с ним подружится. А он в неё пламенно, хотя и ненадолго,
влюбится! (Я и сейчас полагаю, что «чёрная пчёлка печали» – это о ней…). Но с
ещё меньшей вероятностью могло взбрести нам обоим в головы, что эта улица будет
носить имя автора тех стихов – поэта Бориса Чичибабина!
Сама
Рена стихов долго не писала. Может, и были какие-то пробы пера, но ничего заметного
не припоминаю Вопреки пушкинскому утверждению, будто «лета шалунью рифму
гонят», она всерьёз (но и в шутку, да какую блистательную! Одну блистательнее
другой!) начала «рифмовать», каламбурить, сверкать изысканными и неожиданными,
непревзойдёнными по меткости метафорами уже в свои зрелые годы, – по-моему, не
ранее чем на четвёртом десятке лет. Минимум два фактора определили такую
нестандартную творческую судьбу: во-первых, постепенное знакомство с
литературным богатством прошлого и настоящего и со многими его творцами или
«пропагандистами». Не забудем, что среди школьных её учителей были и такие, как
Александр Ильич Мосенжник, перед тем преподававший русскую литературу в одном
из педагогических вузов Украины, но попавший там под дикую расправу как «безродный
космополит»… Его гонители и не предполагали, что, выкурив его из школы высшей,
они тем самым буквально осчастливят целые поколения юных харьковчан, невольно обеспечив
их чудесным наставником, умным, знающим и темпераментным. Огромное влияние
имела на учениц работавшая в той же школе Катерина Михайловна Доценко (в
девичестве Губенко) – родная сестра великого украинского сатирика Остапа Вишни.
Слушать речь Катерины Михайловны (и не только на её уроках украинской
литературы!) было истинным удовольствием: «вишневі усмішки» народного и, безусловно, фамильного юмора так
и сыпались из её уст.. Что же касается Реночкиных друзей, то не забудем, что,
наряду с Чичибабиым, среди них были и супруги Воронель (оба – «физики и
лирики»!) и Юлий Даниэль (в одном из своих «Писем из заключения» он сообщил,
что она первая приснилась ему после ареста! В другом – с восторгом отозвался о
доставленной ему в мордовский «Дубравлаг», написанной совместно Ренатой Мухой и
Нелей (Ниной) Воронель книжке «детских» стихов «Переполох»).
Но, на мой взгляд, особенно ощутитимо Рена была обязана
своим вхождением в литературу :ещё одному другу – великолепному поэту, педагогу
и психологу... Тут сработала своего рода «цепная реакция». В начале 60-х в
Харькове с шумом прошли встречи с Евгением Евтушенко. Они произвели
неизгладимое впечатление на молоденького инженера Вадима Левина. Он вдруг тоже
стал сочинять стихи, а потом, уже будучи женатым, имея дочь, – очертя голову
бросил свою инженерию и весь отдался поэтическому творрчеству. Дальше – больше:
Левин стал «детским» поэтом, издал ряд интересных книг, увлёкся психологией
творчества, возглавил в городском Дворце пионеров детский литературный клуб....
Не знаю точно, когда он познакомился с Мухой, но у меня впечатление, что Вадим,
с его одержимостью, дал развитию её творческой активности некий «первотолчок».
Тут главное, однако, в том, что он не только не пренебрёг теми первыми опытами,
которыми она с ним поделилась, но – щедрая и подельчивая душа! – искренне и
горячо их поддержал. Как раз тогда, помню, Реночка и мне (почему-то со
смущённой улыбкой, как бы немного стесняясь) прочла один из первых своих опытов
– кажется, «Ужа ужалила оса...». Конечно, мне стихи понравились, но то,
что на моих глазах родился новый незаурядный поэт, мне и в голову не пришло. А
Левин это понял! И, как хорошо известно из её же рассказов, помог своими советами,
«шефством», соавторством, верой в её талант.
|
||||||||
| След. » |
|---|
Тредиаковский
| Авантитул |
| Контртитул |
| Поиск |
| Содержание |
| Новости альманаха |
Новые публикации
Старый альбом. К истории создания фильмаАлексей Шипулин
«Самое главное» – «На дне»
Александр Данилевский
Фильм: Старый альбом
Алексей Шипулин
Книга стихов
Олег Лекманов
Сценарий: Белый воронок
Алексей Шипулин
К истории создания документального фильма «Серый воронок. Кому ты нужен?»
Алексей Шипулин
Фильм: Серый воронок. Кому ты нужен?
Алексей Шипулин
Баратынский и старшие модернисты: попытка обобщения
Олег Лекманов
«12». К вечеру Блока и Гумилёва
Пётр Пильский
Духовенство в 1812 году
Александр Амфитеатров
Обсуждение
| Форум "Диалоги" |
| dialogos.trediakovsky.ru |
Приложения
| Библиотека |
| Электронная книга |
| Кроссворды |
Реклама
|
|
