Мемуары Д. И. Ульянова как претекст «Защиты Лужина»: страница 2 из 13

Опубликовано: 
26 июня 2010

Указанной особенностью романа обусловлена и принципиальная многозначность в нем слова «партия», отнюдь не ограниченного обозначением шахматного поединка. Особенно показательной в данном плане представляется цепочка ассоциаций, выстроившаяся в брачную ночь в сознании жены Лужина: «Она думала, что уснет, как только бухнет в постель, но вышло иначе. <...> И почему-то слово “партия” все проплывало в мозгу, – “хорошая партия”, “найти себе хорошую партию”, “партия”, “партия”, “недоигранная, прерванная партия”, “такая хорошая партия”. “Передайте маэстро мое волнение, волнение...” “Она могла бы сделать блестящую партию”, – отчетливо сказала мать, проплывая во мраке» [1]. Логически вытекающий отсюда ассоциативный ход – актуализация известного ленинского возгласа-утверждения «Есть такая партия!» и, соответственно, «перевод» всего изображенного в романе в политическое измерение. Данное умозаключение – отнюдь не продукт индивидуального восприятия автора данных строк, напротив: оно, с одной стороны, подготовлено языковой практикой всего ХХ в. (в этой связи см. открывающий настоящую статью отрывок из алдановского романа сер. 1930-х гг. и, напр., наименование последнего из переведенных на русский язык опусов политика с мировым именем З. Бжезиньского [2]), с другой же – задано самим набоковским текстом, всей его сюжетно-образной структурой.

В этом плане особенно репрезентативны образы лужинского соперника итальянского гроссмейстера Турати и русского шахматиста-дилетанта Валентинова, который, напомним, являл собой «что-то среднее между воспитателем и антрепренером» (346) Лужина (и который, подчеркнем особо, педалированно соотнесен автором с Англией, прежде всего – с Лондоном, – см., напр., 357).

Обратимся вначале к персонажу-итальянцу. Его фамилия не могла не напомнить первым читателям ЗЛ о весьма известном в ту пору итальянском политическом деятеле социалисте Филиппо Турати (Turati; 1857–1932) [3], женатом, к слову, на русской (А. Кулишовой). Напомним: в 1892 г. Ф. Турати стал одним из основателей Партии итальянских трудящихся (с 1895 г. – Итальянской социалистической партии, ИСП, «создание к<ото>рой знаменовало собой победу над преобладавшими до этого анархистскими и сектантскими тенденциями в итал<ьянском> рабочем движении» [4]). В 1896 – 1926 гг. Турати – влиятельный депутат парламента, лидер парламентской группы ИСП, ратовавший за вступление социалистов в буржуазные правительства Джолитти и Нитти, за что и был назван В. И. Лениным «итальянским Мильераном» [5]. Внутри ИСП Турати боролся с максималистским ее крылом и потому закономерно занял позднее враждебную позицию в отношении Октябрьской революции в России, а когда ИСП в 1919 г. присоединилась к 3-му – ленинскому – Интернационалу, Турати стал в 1922 г. одним из основателей правореформистской Унитарной социалистической партии. После захвата власти фашистами (1922) он в 1926 г. эмигрировал во Францию и там до конца жизни вел активную антифашистскую деятельность.

С другой стороны, в этой же связи нельзя не вспомнить и еще одного Турати – Аугусто, в близких отношениях с предыдущим не состоявшего, и даже напротив… А. Турати, некогда начинавший в г. Брешиа как социал-демократ, в 1920 г. вступил в Национальную фашистскую партию (Partito nazional fascista) Италии, а в 1926 – 1930 гг. являлся ее генеральным секретарем и даже именовался возможным преемником Муссолини [6], но затем впал у того в немилость и пребывал в опале [7] (немаловажная подробность: А. Турати имел близкое отношение к спорту – некоторое время он возглавлял итальянские национальные ассоциации по теннису и легкой атлетике, а в нач. 1930-х был членом Международного олимпийского комитета).

 


[1] Набоков В. Собрание сочинений русского периода: В 5 т. СПб., 1999. Т. 2. С. 418 – 419. Далее все цитаты из романа и ссылки на него приводятся по этому изданию с указанием страницы в основном тексте в круглых скобках.

[2] См.: Бжезиньский З. Великая шахматная доска: <Господство Америки и его геостратегические перспективы>. М., 2005.

[3] См. о нем, напр.: <Мизиано К. Ф.> Турати... // Советская историческая энциклопедия / Гл. ред. Е. М. Жуков. М., 1973. Т. 14. Стб. 520.

[4] Там же.

[5] См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. 5 изд. М., 1960. Т. 10. С. 135.

[6] В этой связи см., напр., в регулярно читаемом автором ЗЛ берлинском «Руле»: «В Риме заседает великий совет фашистской партии под председательством Муссолини. Совет заслушал доклад генерального секретаря Турати о деятельности партии» (<Б. п.> Великий совет фашистов // Руль. 1928. 20 сент. № 2377. С. 3). Ср. в парижских «Последних новостях»: «По словам газ<еты> “Эдукационе Фашиста”, нынешний генер<альный> секретарь фашистской партии, Турати, намечается Муссолини в возможные преемники дуче. Турати – единственный человек, которому Муссолини вполне доверяет, считая его верным выразителем идеи и традиций фашизма» (<Б. п.> Вечерние известия: … Кто заменит Муссолини // Посл. нов. 1929. 26 окт. № 3139. С. 1).

[7] См. об этом, напр., в том же «Руле»: <Б. п.> Отставка Туратти <sic!> // Руль. 1930. 26 сент. № 2990. С. 1; <Б. п.> Перемена в фашистских верхах // Руль. 1930. 27 сент. № 2991. С. 1; здесь же – фото и подпись под ним: «Турати, ушедший в отставку секретарь фашистской партии, сделан членом верховного фашистского совета». Ср. в парижском «Возрождении»: «Увольнение Туратти <sic!> с поста секретаря фашистской партии и назначение на его место Джурати вызывают здесь <в Риме> страстные толки. Туратти являлся самой значительной, после Муссолини, фигурой среди фашистов. Его все считали наследником дуче» (<Б. п.> Уход Туратти // Возрождение. Paris, 1930. 27 сент. № 1943. С. 1). См. также фото Т. в «Иллюстрированной России» и текст под ним: «Долголетний секретарь фашистской партии ТУРАТТИ (налево) покинул свой пост вследствие разногласий с Муссолини. Его заменил Джиованни ДЖУРАТИ, который становится таким образом одним из властителей Италии» – <Б. п.> Люди, о которых говорили на истекшей неделе… // Иллюстрированная Россия. Париж, 1930. 11 окт. № 42 (283). С. 8.

Страницы